Последнее эхо холодной войны

Последнее эхо холодной войны

Это место запредельно дорого обошлось Советскому Союзу — и в конце концов именно оно его и добило. Здесь, по странной прихоти судьбы, сохранилось вполне материализованное эхо холодной войны. И не одно. Это и город-призрак, и так и не сумевшая, во всех смыслах, достать до неба циклопическая антенна РЛС, и саркофаг над четвертым блоком. Да, речь идет о Чернобыльской зоне. Стоит ли туда ехать? Решайте сами.

В первой части — о чернобыльских снорках и рысях, звездах на небе, бабушке, отбивающейся от енотов, жизненных драмах, секретных объектах и еще о тысяче более важных вещей рассказывает Ярослав Емельяненко.

 

round-cat

Ярослав Емельяненко,
директор туроператора
«Чернобыль Тур»

 

 

— Предложениями посетить ЧАЭС заполнен интернет. Наверняка это очень отличается от любого другого тура реальной опасностью получить проблему просто на ровном месте, не зря есть строгие правила поведения в Зоне. Как проверить надежность сопровождения турфирмы — либо можно довериться должностным лицам, выдавшим разрешение?

— В принципе по законам Украины в Зону может попасть гражданин любой страны, написав заявление в Государственное агентство Украины по управлению зоной отчуждения и оплатив услуги этой государственной структуры. Ему выделяют сопровождающего — и он, по идее, может ехать.

Но человек отправляется в Чернобыльскую зону — опасное в принципе место. Не только радиационно опасное, но и чисто физически. Там может не быть люка, там могут проломиться доски.

Де-юре люди туда попадут, и там будет какой-то сопровождающий от государства, который за безопасностью, может быть, и будет следить, но вряд ли будет следить за качеством этого тура.

Как разобраться, с кем ехать? Если вы уж решились поехать в Зону, то сделайте еще кое-что для себя — проведите мониторинг. Есть сервис TripAdvisor, например. И стоит поинтересоваться, имеется ли у фирмы лицензия. Ее наличие не обязательно — в Чернобыльской зоне туризм отдельной строкой не прописан. Но и не запрещен. Это не урегулировано, а по всем международным правилам де-факто то, что происходит в Чернобыле, — это и есть туризм.

Тот, кто занимается организацией таких туров, обязан застраховать свою группу, держать ответственность. Это должен быть туроператор с офисом, с расчетным счетом в банке, но даже не агент (агенты перепродают туры). Операторские лицензии имеют только две организации из десятков тех, которые возят туристов в зону отчуждения. Большая часть — просто нелегалы.

Здесь надо говорить не только о безопасности, но и об информационном сопровождении. Какие-то люди собрали группу, завезли в Зону, туристы сфотографировались у саркофага и уехали. Они не поняли, что здесь произошло в 1986-м. Ну да, побывали в 30-километровой зоне, саркофаг стоит, Припять заброшенная — и это все. А человеку необходимо рассказать историю в правильном месте, в правильное время, про каждую кочку, мимо которой мы проезжем.

Чтобы объяснить: вот это — захороненное село Копачи. Вот эта горка — бывший дом. Почему его засыпали землей? Это информация, которую люди вряд ли получат. Они технически побывали в Зоне — и все.

Должен быть список лицензированных операторов, которые имеют допуск для работы. Пока этот вопрос не урегулирован внутри Зоны, но надеюсь, в скором времени это произойдет. Потому что сейчас кто-то приезжает с водкой, кто-то не соблюдает правила радиационной безопасности. В шортах, например, в одежде с короткими рукавами, в открытой обуви находиться на этой территории запрещается.

И любой такой беспорядок может при наступлении плохого, не дай Бог, случая «накрыть» весь чернобыльский туризм. Мы переживаем по этому поводу вовсе не в плане конкурентов. А думаем о безопасности всех чернобыльских туристов. Поэтому и являемся «двигателем» нормализации, правил, лицензирования и всего остального.

— Можете ли приоткрыть ваше туроператорское закулисье? Какие препятствия приходится преодолевать вам, чтобы туристы могли поехать с вами получить свой опыт и впечатления?

— Чернобыльская зона — это очень тяжелая бюрократическая структура. В данном смысле все, что можно было взять от Советского Союза, осталось за этой закрытой территорией.

Последнее время происходят некие позитивные изменения, но эти позитивные изменения происходят таким образом, что не сразу поймешь, что они позитивные.

То есть начинается четкая структуризация правил по доступу в Чернобыльскую зону, и это то, что нужно было сделать давно.

Сейчас в Государственное агентство Украины по управлению зоной отчуждения (привычнее для слуха украинская аббревиатура — ДАЗВ), которое занимается оформлением программ посещения, пришла новая команда. И буквально до последней недели (разговор состоялся 5 апреля. — Прим. ред.) отсутствовала коммуникация с туроператорами, из-за чего происходили многочасовые задержки на КПП.

Турист из Австралии, который решился на посещение Чернобыля и заплатил сумасшедшие деньги, только чтобы прилететь в далекую Украину, стоит на КПП. Он не должен быть в курсе каких-то бюрократических проволочек! В последнее время, к сожалению, масса этих ситуаций решалась в аварийном режиме. Сейчас количество таких ЧП немножко уменьшается. Есть надежда на то, что все урегулируется. На прошлой неделе произошел первый более-менее результативный диалог с представителями ДАЗВ, объяснившими, что стояло за этими нововведениями, которые поставили чернобыльский туризм под огромные риски.

Они объяснили — мы их услышали. Мы поняли, что они не пытаются «выжать» чернобыльский туризм, а просто реформируют так, как умеют. И тут надо немножко подсказать, немножко потерпеть. Хотя с самого начала я как глава Ассоциации чернобыльских туроператоров настаивал на создании рабочей группы. Потому что у чиновников есть свой опыт — и у нас есть свой 10-летний опыт, что нужно туристам, и эти опыты необходимо объединять.

— Они вас услышали?

— Услышали. Теперь мы ждем какого-то движения. Сейчас чиновники начинают понимать, что туризм важен для зоны отчуждения. Это понимание пришло не так давно. Потому что совсем скоро только туризм будет привносить в бюджет Зоны живые деньги.

Смотрите сами: раньше было строительство саркофага. Закончили его — начали строительство арки. Сейчас есть еще несколько инвестиционных проектов по хранилищам ядерного топлива. Но в принципе все это идет на убыль. Скоро останется один туризм. Каждый день люди едут, и каждый иностранец платит Зоне 500 грн. в день. Это только за сопровождение, еще плюс программа, питание, размещение и т.п.

Инфраструктуры нет, туалетов нет — деньги есть. А как их направить из одного подразделения в другое — не прописан механизм. Например, сейчас нужно прорезать ветки, потому что большой туристический автобус не может проехать в Припять. Ветки обрезает одно подразделение, а деньги за туристов получает другое. Но механизма, как передать деньги отсюда сюда, не существует.

Могу сказать, что у топов нашей организации процентов 80 ресурса уходит на решение таких ситуаций. Конвейер по турам отлажен и работает, а мы занимаемся подладкой со стороны государства.

— Есть у вас в маршруте на ЧАЭС еще один мегаобъект, вполне сравнимый с саркофагом. Я говорю о загоризонтной радиолокационной станции «Дуга», которая осталась единственная такая в мире. Она вообще работала?

— Она работала, но нестабильно, были тестовые запуски, а на боевое дежурство ее так и не поставили. И этот объект не просто так построили рядом с ЧАЭС. Нужны были сумасшедшие гигаватты энергии, чтобы послать столь мощный сигнал с отражением от стратосферы для отслеживания запусков крылатых ракет на другой стороне земного шара, в Америке. Провести ЛЭП такой мощности по воздуху невозможно — при этом были бы очень большие потери электроэнергии. Поэтому ЗГРЛС могли разместить только рядом с атомной электростанцией.

— Как она вообще уцелела? И что это за демонтажные работы упоминаются у вас на сайте? 

— Исключительно за счет того, что она немножко грязная: на нее «насыпалось» радиации, и она стала РАО — радиоактивными отходами. Там две антенны — большая и малая, они стоят рядом, ступенькой. Малую в прошлые годы успели немножко «понадкусывать» — сняли с нее ревибраторы, ножку ей подрезали.

— Несмотря на то, что она грязная?

— Грязная? Металл срезают и пескоструят — снимают верхний слой. Массу техники ликвидаторской так порезали. Если вы видели фотографии площадки в окрестностях Рассохи, там было 1500 единиц техники — вертолеты, БТРы, БРДМы, ИМРы, участвовавшие в ликвидации. Музейные экспонаты. Это все попилено — и попилено легально. То есть технику разрезают на куски, замеряют и в зависимости от того, насколько фонит металл, срезают миллиметр или сантиметр.

Антенну тоже пытались пилить несколько лет назад. Мы как общественность, как туристическое сообщество понимаем значимость этой локации.

Чернобыль уникален тремя вещами: саркофаг, антенна и Припять — покинутый город. Нигде в мире такого нет.

Но как можно взять и убрать одну локацию, пусть на этом и получится заработать 5 миллионов, просто сдав ее в металлолом? Это то же самое, что разбирать в Киеве на кирпичи памятники.

Да, при администрации зоны отчуждения создан общественный совет, и ликвидатор Сергей Мирный, ныне мой коллега, назначен ответственным за мониторинг состояния антенны. Понятно, что каких-то полномочий этот совет не имеет. Но мы каждый день возим в Зону туристов и смотрим, чтобы никто не «надкусывал» антенну дальше. То есть по сути мы ее охраняем.

Это огромная массивная конструкция, и если начнутся какие-то работы, их увидит наша следующая туристическая группа.

— Получается, что законы антенну не защищают?

— Нет. А ведь это действительно объект национального значения, инженерный гений, уникальная штука. Американцы, которые очень увлекаются темой милитари, приезжают в Украину только ради этой антенны. Нельзя такое пилить!

— Обстановка в Зоне отчуждения меняется. Вероятно, открываются какие-то новые возможности и для туристов. Например, доводилось слышать о речном пути к ЧАЭС. Можете рассказать об этом?

— Не существует пока такого маршрута. Припять в этих местах невероятная, природа там невероятная. Когда бы мы ни переезжали по одному из мостов через Припять, всегда останавливались, смотрели на эти заливы, разливы, ЧАЭС — и понимали, что есть водный транспорт и рано или поздно надо будет делать экскурсии по водной части Чернобыльской зоны.

Это отдельная инфраструктура, в данном случае туристическая. За прошлый год мы сделали все необходимое для создания водного маршрута, собрав требующиеся утверждения. Выполнили радиационные замеры, для чего оплатили лодку, поставив туда экоцентровский дозиметр, который фильтрует воздух. Он проехал по маршруту вверх и вниз. Следующая лодка проехала с эхолотом и показала 3D-профиль всей Припяти — у нас есть этот файл.

Эта река вообще по нашим международным договоренностям должна быть судоходной, потому что она соединяет Украину с Беларусью, но никакого судоходства по ней, понятно, нет.

«Чернобыль тур» получил все необходимые утверждения, маршрут поддержало Министерство экологии. На эти согласования ушел практически весь прошлый сезон. Мы собирались начинать навигацию в этом сезоне, а поскольку сейчас по Припяти могут пройти только суда на подводных крыльях, то рассчитывали на «Полесье» нашего хорошего друга Дмитрия Власова. Но так получилось, что его суда ушли работать на юг Украины, на пассажирские линии. Хочу сказать, что собранные нами документы не устаревают, и как только будет транспорт — будет и водный путь к ЧАЭС.

Вопросы задавала Гелена Завадская


Чернобыльская зона отчуждения претендует на внесение в список Всемирного наследия ЮНЕСКО
В Чернобыле заработал первый хостел
В Чернобыле открывают музей «Звезда Полынь»
Припять вошла в пятерку самых загадочных заброшенных городов мира

Похожие записи