Как выжить блондинке в Иране

Как выжить блондинке в Иране

Мизансцена следующая: девушка, живущая в стиле luxury, привыкшая отдыхать в местах не хуже, чем в Майами (по ее словам, скучно там), впадает в зимнюю хандру и встречает старого друга, который предлагает ей поехать развеяться в Иран. Девушка зовет с собой такую же скучающую подругу (в итоге их набирается сразу четверо), берет красивую одежду (другой просто не имеет) и садится в самолет, который привозит ее в страну, где полиция бьет палками по открытым частям тела, а местные школьницы дергают ее за волосы, проверяя, по-настоящему ли они таки белые. Обо всем этом и многом другом — в интервью, которая Дина Заходякина дала ЭкспертТуру.

— Почему Иран? Ты же знала, что это закрытая страна?

— Не знала о ней вообще ничего, кроме того что Иран далеко, он — очень мусульманский и никоим образом меня не интересует. У меня тогда, помню, была жуткая зимняя депрессия, и в этот момент мне встретился Дима Гозак из Клуба активных путешественников, который и уговорил поехать в эту далекую для меня мусульманскую неинтересность.

— Для таких девушек, как ты, есть что купить в Иране?

— Я взяла с собой где-то 1,5 тысячи долларов. Правда, большую часть денег, которую я взяла с собой, я потом спустила на шопинг в Стамбуле. В Иране же все дешево. Покупать там из одежды особо нечего. Разве что, если вас интересует что-то восточное.

Единственное, что я там приобрела, — хиджаб. Бирюзовый. Правда, с тех пор так его и не надевала. Каждый раз, когда еду в какую-нибудь морскую поездку, думаю, что его надо куда-то взять, выгулять. Но хиджаб у меня почему-то так и не выгуливается.

Не знаю, почему, но я оставлю его навсегда себе. Как память о, вероятно, самой странном путешествии в моей жизни.

— Итак…

— Иран начался для меня с того, что при высадке из самолета в Тегеране нам сказали: «Всем надеть платки, закрыть руки!» Я в ответ: «Хватит прикалываться. Жара же неимоверная». И даже когда мы прошли паспортный контроль, я все равно думала, что это «хи-хи, ха-ха», пока нас не встретила наша гид Марина (она вышла замуж за иранца, а сама из Керчи). Она и опустила нас по-настоящему на иранскую землю.

— Как встретил Тегеран?

— Уже пребывая в нем, я не совсем понимала, что это не просто столица, а ее центр. Думала, что это окраина. Тегеран вообще не производит впечатления столицы. Серый, со смогом от безумного количества машин. У меня началась форменная истерика. Я, конечно, предполагала, что Тегеран не Майами (в котором я была несколько раз), но чтобы так!

— Говорят, что трудности легче воспринимаются на полный желудок…

— Ага. По-настоящему они и начались с еды. С моего первого иранского завтрака. Заводят нас в какое-то заведение, сбоку от входа продают лепешки. Берешь их, заходишь в помещение, а там варят национальный иранский завтрак. Это холодец из барана, и его нужно есть незастывшим, горячим.

Я в полуобморочном состоянии вышла оттуда, потому что меня тошнило от одного вида этого завтрака, не говоря уже о запахе. В тарелке плавают глаза, рога, уши… Это все нужно кушать. А чтоб тебя так сильно не смущал запах, они ставят рядом уксус.

В общем, остались мы с подругой без завтрака. Группа поела, а мы не смогли. Даже кофе там не было. Пришлось пить воду и «заедать» сигаретами. И именно тут пришло полное, настоящее ощущение того, что это, извините, песец. И преследовать он нас будет две недели.

— Привыкли в итоге к иранским холодцам?

— К счастью, их больше не было. В гостиницах подавали (как казалось, видимо, иранцам) европейские завтраки. Это были лепешки, яйца вареные. Омлетов и сосисок не было. Питались рисом и местными шашлычками.

В некоторых «туристических деревнях» можно было поесть первое, очень похожее на наш гуляш. Молодую баранину они не едят, только старую, со специфическим запахом.

В основном мы пытались есть фрукты и пили их прохладительные напитки. С голоду не умерли.

Но тогда, в первый день, после того самого холодца, я уже была готова лететь назад. Дмитрий, который убедил меня отправиться в эту авантюру, убедил подождать пару дней.

Я согласилась, подождала и «погрузилась» в Иран, из которого «выгрузилась» уже через две недели, с трудом успев из армянского ресторана, что находится у французского посольства в Тегеране, на самолет, улетавший обратно. Но это было потом…

— Как проходило погружение?

— Опять-таки, с трудом. Чем глубже мы погружались в Иран, тем более потрясающим и мрачно-красивым (в религиозном смысле) это выглядело. Жара, не жара — нужно ходить одетой. Потому что ты женщина — раз, блондинка — два.

Не приведи Аллах, у тебя прядь белых волос из-под платка выглянет. Есть религиозная полиция, которая ходит с палочками. Тебя бьют по тому месту, которое тебе нужно прикрыть. Мне было все время жарко, я рукава закатывала, меня по локтям колотили. Было не больно, но неприятно.

Когда мы подходили к школам, к нам выбегали девочки. Они в Иране учатся отдельно от мальчиков. Местные девчушки со мной хотели сфотографироваться, но при этом дергали за волосы, думая, что они не настоящие.

Было странно, но прикольно. Утомили дико эти все мечети, строгость, отдельное употребление пищи женщинами и мужчинами. (Мы ели вместе, гид как-то договаривалась с заведениями).

— В Иране, мягко говоря, не любят все американское. Как же ты там свои доллары меняла?

— В Иране своя банковская система. Там обычные карточки не работают. Можешь приехать с кэшем, обменять все на местную валюту. В основном, на черном рынке. Я ни разу не меняла валюту в банке — курс там плохой.

Что касается интернет-банкинга, то его тоже нет. Просто в связи с тем, что интернета в его нормальном понимании там нет. В Иране есть доступ на свои какие-то внутренние сайты. Кто-то продвинутый имеет доступ на фейсбук через vpn. А если хочешь что-то прогуглить — шиш.

— Многие наши барышни, пребывая в арабских странах, говорили, что чувствуют себя своеобразным куском мяса на витрине, который разглядывают и поедают глазами местные мужчины…

— В Иране я этого не заметила. В Стамбуле — возможно, потому что турки не настолько религиозны, как иранцы. Последние понимают, что ты туристка. Но когда ты просто забыла где-то что-то надеть, потому что жарко, для них это аморально, ты для них автоматически превращаешься в человека, не уважающего их культуру.

Самый печальный иранский город в этом плане — Кум. Там захоронена какая-то местная девушка, которая погибла за веру. У нее самая богатая усыпальница, все красиво. Туда приходят помолиться, особенно девушки молодые, чтоб бог дал им хорошего мужа.

Наша одежда вообще не подходила, нам выдали покрывала, в которые мы должны были закутаться с ног до головы. У меня были такие красивые салатовые кроссовки, они мелькали только при ходьбе. И консьерж запретил выходить в них из гостиницы, мол, нужно надеть что-то темное.

Консьерж подошел к гиду и сказал, что у девушки неподобающе яркая обувь. Я переобулась, и только тогда мы пошли в мечеть.

После этого мне захотелось стать ярой феминисткой. Мне было жалко всех иранских девушек. С момента, когда девочка превращается в девушку, им положено надевать эти все хиджабы, платки. Бррр.

— Тебе показалось их религиозность искренней?

— У некоторых людей — да. У них происходит это настолько фанатично, что меня это бесило иногда. Я уважаю все религии, но это какое-то средневековье.

Мне очень жалко было этих женщин. Особенно в Куме. Она тащит на себе ребенка, эти сумки, и вся в черном.

Потом нам рассказали, что на самом деле это сделано из специальной ткани, и даже если она черная — не жарко. Но все равно мне было их безумно жалко.

Некоторые должны были надевать еще и перчатки. Даже женская рука — это соблазн для мужчины. Но если обнаженная женская рука — соблазн для мужчины, это значит, что он слабый.

Я не хочу верить в то, что мусульманские мужчины настолько слабые.

Я возмущалась везде и на каждом шагу. Мне было жалко этих девочек. Из них единицы добиваются какой-то карьеры, и то, если поддерживают родители. А если нет, то она начнет рожать с 15 лет, и для нее весь мир фактически закрыт.

Многие из них не видели белых волос. Они называли меня куклой Барби.

— При всей закрытости, о которой ты говоришь, люди все равно остаются людьми…

— Мы приближались к югу Ирана, начиналась «оттепель» — в плане одежды, общения с людьми. Они становились более отрытыми. Начиная с города Исфахан, это было вообще «глобальное потепление». (Там даже нельзя идти по улице и держаться молодым людям за руки, пока вы не будете женаты.) Расскажу одну историю.

При выезде из Тегерана у нас была запланирована ночевка в палатке, но испортилась погода. Поэтому пришлось искать какой-то отель, хостел. Мы нашли мини-мини-отель с горячими источниками, которые находятся прямо в доме и подведены к ваннам. Поскольку мы оказались единственными гостями, нам предложили воспользоваться этими горячими ваннами.

Мы с девчонками радостью нацепили на себя купальники, начали бегать в них по гостинице, пока не приехало несколько местных гостей. Нам пришлось накинуть на себя несколько полотенец и ходить в них.

Наутро группа уехала смотреть местные достопримечательности, а мы остались, не хотели ехать. Там у меня наступил очередной надлом в стиле «Дима, верни меня в Киев». Я больше ничего не хотела видеть. Потому что это опять плакать хочется: везде разруха, какие уж тут достопримечательности смотреть.

В общем, мы остались в этом мини-отеле, решили поваляться в этих ванночках. Тут вбегает к нам администратор и говорит, что приехала полиция. Оказалось, в эту гостиницу приехал молодой человек с девушкой, которая была замужем. Кто-то их сдал. Влетело всем, потому что хозяин отеля не имел права поселить пару без свидетельства о браке в один номер.

Любовников арестовали. После этого мы ходили исключительно в платках.

Когда ехали в автобусе, наша гид командовала: «Девочки — платки, окна!», мы буквально ложились на сидения, чтобы нас видно не было.

Другая история. Гуляем по рынку, среди нас Лена, которую все это достало, и она принципиально ходила в футболке.

Местные, кстати, ведут себя просто: они ничего не говорят, не осуждают, а просто сразу звонят в полицию: «Тут, на такой-то улице, гуляет барышня. Абсолютно голая».

И вот нашу Лену — «абсолютно голую» в футболке — мы вытаскивали из полиции…

Так мы продвигались к югу страны. И чем ближе к нему приближались, тем быстрее открывался закрытый до этого Иран. Причем с удивительной стороны — ресторанами, ночными клубами и закрытыми вечеринками…

Окончание здесь.

Беседовал Максим Николаев
Фото предоставлены Диной Заходякиной

Похожие записи